13/03 — открытие магазина Танаки, теперь покупать товары можно бросая деньги в монитор! В скором времени будут открыты новые квесты от спойлер-спойлер-сана!

17/02 — появление первых квестов и охот на теней!

14/02 — (Почти) торжественное открытие ролевой! А еще сегодня день влюбленных. Значит ли это, что вы должны влюбиться в Агату-чан? ~☆
В Микагами наступил
март 2012 года.
Начинается новый учебный год. О городских новостях читайте здесь.
01.03.12 11°/5°, преимущественно облачно
02.03.12 12°/2°, переменная облачность
03.03.12 10°/3°, небольшая облачность
04.03.12 13°/5°, солнечно
05.03.12 12°/6°, преимущественно облачно
06.03.12 14°/6°, дождь
07.03.12 12°/7°, облачно
08.03.12 14° /7°, временами дождь
09.03.12 14° /6°, временами дождь
10.03.12 15° /2°, переменная облачность
11.03.12 10° /5°, солнечно
12.03.12 11° /5°, дождь
13.03.12 11° /4°C, возможен дождь
14.03.12 11° /3°, переменная облачность
15.03.12 11° /3°, солнечно
16.03.12 12° /4°, солнечно
17.03.12 15° /4°, небольшая облачность
18.03.12 13° /4°C, облачно
19.03.12 12° /5°, небольшая облачность
20.03.12 12° /5°, переменная облачность
21.03.12 14° /8°, солнечно
22.03.12 16° /8°C, временами дождь
23.03.12 18° /8°, преимущественно ясно
24.03.12 18° /9°, облачно с прояснениями
25.03.12 18° /9°, преимущественно ясно
26.03.12 17° /9°, дождь
27.03.12 18° /7°C, переменная облачность
28.03.12 18° /10°, небольшая облачность
29.03.12 19° /10°, преимущественно ясно
30.03.12 19° /10°, солнечно
31.03.12 20° /10°, солнечно

velvet room

Объявление

Ну тут могла быть ДЛИННАЯ РЕЧЬ О ТОМ, что я драматично закрываю ролочку, но ее не будет. Просто Агата плохой админ, которому ничего не хочется делать. Ролочки с такими админами - это гибель. Хочу сказать большое спасибо Тацуте за помощь и МОРАЛЬНЫЕ ПИНКИ, очень мотивирует (нет, я серьезно), и Джун за то, что мы вместе сидели и писали этот безумный сюжет. Которого, впрочем, никто не увидит. И Нобуо за идеи тоже, ОНИ ОЧЕНЬ КЛАССНЫЕ, но я не настолько шарю в Персоне, прости!! А еще извиниться перед ними, потому что я не оправдываю надежд, не знаю, почему вы мне все помогали, наверное вы слишком хорошие люди!! Ну и остальные игроки тоже чудо, Я НЕ ОЖИДАЛА, что вас столько придет. И вы все клевые!! Не буду называть по именам, потому что клевые ВЫ ВСЕ. Извините!!.... Но просто Агата плохой админ. Очень.
Ну, и плохая шутка напоследок. Сколько Агат нужно, чтобы закрыть ролочку?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » velvet room » повседневность » 12/03/12 | the wrong way


12/03/12 | the wrong way

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

http://sd.uploads.ru/1L2rQ.gif

время действия: около 7 часов вечера

участники: Kobayashi Hideo, Tatsuta Sana

место действия: начало - дом семьи Тацута, а далее улицы Микагами

описание: Очень сложно жить нормальной жизнью, когда тебе уже которую неделю на мобильный приходят неприятные сообщения с угрозами в твой адрес. Но это же Тацута, она привыкла к травле и просто игнорирует подобные нападки, даже если они по неизвестной причине перешли на новый уровень. Но так ли легко будет проигнорировать сталкера, который отправится следом за ней, когда девушка в очередной раз решит прокатиться за краской для волос?

2

Около двух недель назад мистер R. получил на свой емейл заказ с её именем. Она училась в его параллели, он слышал о ней занятные слухи и пару раз видел в коридоре. Это был максимум, известный ему о личности под именем Тацута Сана до сего момента.
Надо было просто припугнуть эту крашеную шлюшку. Да, именно так и звучала эта заявка. А ещё там был мобильный телефон и адрес, к которым мистер R.  не притронулся, пока его счет не пополнился на сумму аванса.
Этот человек не планировал ничего особенного, ведь изначально заказ не предполагал каких-то трудностей. Каждый день по нескольку раз Тацута получала сомнительные сообщения с незнакомого номера вроде «я знаю, где ты живешь», «ты такая сладкая» или «я найду и выебу тебя», и прочее, содержащее в себе не особо приятные глазу, интимные подробности встречи Саны и анонима, о которой последний так мечтал.
И девушка могла бы обратиться в полицию, чтобы они попытались отыскать владельца номера, но этого не произошло. Как не случилось и желаемого эффекта от травли, о чем заказчик несколько раз сообщал на почту мистеру R. В силу стоического характера, жертва нагло игнорировала подобные нападки в её сторону, и это была проблема.
Подобная ситуация заставила мистера R. воспользоваться второй вещью, данной ему в заказе, а именно адресом. Написав случайным почерком записку, примерно того же содержания, что и сообщения, этот человек отправился к дому Саны, собираясь подложить послание в её почтовый ящик.
Сегодня от него не пахло так, будто он не мылся последние несколько месяцев. Аура Вонючки сменилась на амбре алкаша и заядлого курильщика. Он неровной поступью добрался до нужного адреса, спрятав тело в темной толстовке, лицо под солнечными очками и медицинской маской, а голову в глубоком капюшоне.
Дождь оказался некстати, но начался уже на полпути от дома Тацуты, так что мистер R. решил не откладывать то, что начал. Тем более что в такую погоду все предпочитают сидеть по домам и не высовываться, что было довольно хорошим прикрытием.
Да только вот сама Сана, кажется, была совершенно иного мнения. Мистер R. понял это, когда увидел, как она закрывает входную дверь. Спрятавшись под зонтом, девушка покинула двор, отправившись по своим, только ей известным делам.
И вроде все складывалось гладко. Казалось бы, дождись он момента, когда жертва отойдет на безопасное расстояние, можно было бы спокойно оставить послание и уйди. Но в этот момент что-то пошло не так.
Мистера R. посетила мысль о том, что если Сана так усиленно игнорировала его смс, то спокойно могла оставить без внимания и новую записку. Даже немного сократив дистанцию, показав запиской, что он действительно знает её адрес, он мог также ничего не добиться. Кажется, с этой «крашеной шлюшкой» не работали полумеры. Так может быть стоило пропустить несколько этапов?
Это было крайне рискованно, и мистер R. довольно редко прибегал к подобному. Но без риска не бывает и успеха, так что засунув подальше в карман треклятую бумажку с мерзостями, написанными даже не его почерком, он отправился следом за девушкой.
Надо было узнать её получше. Понять, чем она живет, чтобы подловить на том, что Сана уж точно не сможет проигнорировать. По крайней мере именно таким было начало его нового плана.

Отредактировано Kobayashi Hideo (2018-02-26 13:04:26)

3

Отвратительно. Мерзко, противно, унизительно. И ещё с десяток таких же эпитетов, чтобы полностью выразить всю степень омерзения Саны от прочтения сыпавшихся на неё сообщений с неизвестного номера. Телефон приходилось держать на беззвучном режиме всё время. И думать тоже приходилось всё время, как будто она и без этого не могла найти, над чем задуматься.

Наверно, нужно было пойти в полицию. Или куда-то ещё. Или, хотя бы, матери рассказать, раз дисциплинарный комитет отметался сразу (а чем он мог помочь?). Но...

Жаловаться матери, как же это было чертовски унизительно. Она бы отвела её в полицию, крепко держа за плечо, и всем своим видом давала бы ей понять, что вина во всём этом лежит исключительно на Сане. Что, если бы не её поведение, этого бы не случилось. Что она неправильная, и из-за этого у их семьи проблемы. Даже думать о такой перспективе развития событий невозможно было.

Но, за неделю или около непрекращающегося телефонного террора Сана была согласна с тем, что в полицию можно было бы сходить. Так, чтобы не знала мать. Как именно это провернуть, она не знала, но судьба, как ей казалось, подбросила ей подарок: родители и младший брат уехали на неделю. То ли навестить родственников, то ли просто проехаться по городам. Конечно же, в их идиллической поездке места для неё не нашлось, ведь у неё же школа.

Вот поэтому Сана могла сделать всё, что хотела, и уведомить родителей постфактум. Возможно, сорвать им поездку и всё равно получить порцию воспитания от матери, но после. После того, как это закончится.

Внешне же не менялось ничего — она всё так же ходила в школу, возвращалась домой, только к тем немногим людям, которые обратили на неё внимание, она присматривалась с осторожностью. Но подозревать Нобуо или того, кто спас её от хулиганья, было как-то глупо и граничило с паранойей.

На второй день отсутствия родителей, так как на первый она была занята, Сана отложила дело с покупкой краски для волос. На третий — визит в полицию. Или хотя бы на вечер второго.

И сейчас, выходя из дома с зонтом, Сана мысленно повторяла про себя текст, с которым придётся обращаться к людям, которые, возможно, её знают.

"Меня зовут Тацута Сана. Меня преследует какой-то маньяк"

Дождь, пошедший так же внезапно, как уехали родители, ничуть не радовал, кроссовки быстро промокли, а на гольфах появились капельки грязи. Даже прохожие норовили исчезнуть поскорее, улицы пустели на глазах.

"Он пишет на мой сотовый номер. Пока это всё. Но он пишет много"

Сана проверила время на часах, остановившись перед какой-то витриной, и снова пошла  вперёд — медленным, неторопливым шагом. До магазина с краской — пять кварталов, идти ещё долго.

"Он говорит, что он знает мой адрес".

4

Улицы пустели прямо на глазах. Дождь загонял людей под крыши, в душные офисы и уютные кафешки. Но, даже если бы мистер R. и хотел присоединиться к обычным гражданам в их спасении от сырости и холода, у него не было на это времени.
Сана шла вперед. У девушки был зонт, так что от стихии могла пострадать её обувь, и это максимум. А вот сталкеру Тацуты было не позавидовать. Его толстовка начинала намокать. Если в скором времени природа не сжалиться над этим городом, то преследователю придется несладко.  Он вымокнет до нитки и, возможно, заболеет, тогда слухи о его заразности перестанут быть просто издевкой над не особо лицеприятным членом общества.
Когда девушка остановилась у какой-то витрины, парень тоже замер. Он аккуратно заполз под навес, оставляя себе возможность наблюдать за Саной и в то же время немного обсохнуть. Если бы Тацута оказалась достаточно внимательной, она бы заметила парня на другой стороне улицы, который стоит и пялится в её сторону.
Или это паранойя, бояться любого, кто случайно взглянет на тебя на улице? У девушки ведь не было веских оснований думать о том, что именно этот человек слал ей все те гадости. На всякий случай мистер R. подождал, пока объект отойдет от него на некоторое расстояние, и только потом двинулся следом.
Если такая погода благоприятствовала подлогу записки в почтовый ящик, то для слежки она создавала ни одну, и даже не две преграды. Когда девушка свернула в какой-то переулок, в котором в погожий день болталось бы как минимум человека три-четыре, она осталась наедине со своим преследователем.
Он встал на входе, достав из кармана телефон, просунул его в капюшон, сделав вид, что с кем-то разговаривает. А сам в это время старался не упускать Сану из виду. Куда она двигалась? Как долго им ещё идти? Как скоро закончится этот чертов дождь? Очень интересные вопросы, пока остающиеся без ответа.
Девушка вновь куда-то свернула, и мистер R. уже по инерции отправился за ней. Да только в этот раз ему стоило выдвинуться раньше, тогда бы он увидел, что далее следует тупик, а Тацута то ли ошиблась поворотом, то ли сделала такой ход нарочно.
Она стояла и смотрела на него. Он остановился и уставился на девушку в ответ. А дождь падал с неба, усиливаясь, словно ограждая этих двоих от внешнего мира.

Отредактировано Kobayashi Hideo (2018-03-01 11:40:08)

5

Попытка придумать что-то на ходу сыграла с ней злую шутку.

Сана ничего не заметила. Совсем ничего — даже когда все, кого эта погода могла спугнуть, исчезли с улиц, она не догадалась ни оглянуться, ни посмотреть на другую сторону улицы. Потому что, по правде, она не верила, что таинственный преследователь может зайти дальше отправки ей сообщений.

За первые числа марта с ней случилось столь много, что она начала верить в лучшее и утратила осторожность.

А ещё она сбилась с пути — Сана поняла это, когда, задумавшись и свернув не туда, она оказалась в каком-то переулке, который не могла вспомнить. Нужно было повернуть назад, но Сана почему-то пошла дальше, поворачивая больше наугад, чем осознанно, потому что мысли о том, как лучше всё подать полиции, всё отвлекали и отвлекали её. Шум капель, бьющихся о зонт, мешал ей услышать шлепки чужой обуви по лужам.

Тупик.

Как она умудрилась сюда зайти?

Сана развернулась, и только тогда увидела фигуру на приличном расстоянии, но стоящую перед ней так, будто именно она и никто другой являлся её целью. Никого другого здесь всё равно не было.

"Ты такая сладкая, вчера я видел, как ты переодевалась у окна".

Пальцы сжали ручку зонта так, что ногти побелели, и стало больно. Нет. Чушь какая. Он же всего один. И она может просто обойти его по широкой дуге, тогда ничего не будет.

К тому же, если это он, он же просто человек.

Чем больше она твердила себе всё это, тем сложнее ей было сдвинуться с места. А ещё её беспокоило, что она никак не может увидеть его лица.

Сана глубоко вдохнула и шагнула вперёд. Пройти совсем немного, потом постараться обогнуть его — всё с тем же безразличным лицом. Она его не боится, ведь так?

6

Судьба штука странная и жестокая. Она все предрасполагает наперед, а у тебя остается лишь выбор следовать по этому пути или же сделать жалкую попытку бороться с высшими силами.
Мистер R. подумал о том, что нет смысла перечить судьбе. Раз они уже столкнулись лицом к лицу и жертва видела его, то глупо будет притворяться, что он тоже просто ошибся поворотом. В этом мире бывают совпадения, но не такие явные, когда верить в то, что все случайно, может только безумец.
Сталкер видел, как девушка делает шаг ему на встречу. Неужели она и правда надеется на случайность? Он усмехается её наивности, но не громко. Прости, девочка, этот вечер уже все решил за нас двоих.
- Привет, Тацута-тян, - произносит мистер R., - Я так рад, что встретил тебя.
Вряд ли Сана когда-нибудь в жизни слышала голос Вонючки Кобаяси. Они не общались, а публичными выступлениями парень пренебрегал. Но решив перестраховаться, он все-таки немного понизил тембр голоса.
- Эй, не бойся, - продолжил парень, - Я тебя не обижу, ты же знаешь. Мы всего лишь мило пообщаемся на тему того, почему ты не отвечала на мои сообщения.
Он стоит перед ней, расставив руки в стороны. Они чуть согнуты в локте, так что непонятно, хочет ли этот человек обнять Сану или же просто не дать ей пройти. В одной из ладоней у него что-то зажато, но пока девушка не может увидеть что.
Лицо же самого мистера R. прячется в тени капюшона. Он даже немного склоняет голову, напуская на свою физиономию ещё большую тень. Хотя, конечно, вряд ли Тацута смогла просканировать его через очки и марлевую повязку.
Сталкер готов к тому, что девушка решит закричать или пойти напролом. Он, в принципе, готов к любой её реакции, и что-то внутри него трепещет от ожидания того, что же эта крашенная шлюшка выкинет в следующий момент. Это ведь как фильм, как книжная история, где ты не знаешь, что ждет тебя на следующей странице или кадре.
Чувство реальности происходящего немного теряется. Это скорее плохо, чем хорошо, особенно для Саны. Ведь если мистеру R. кажется, что он не в реальности, а в одной из своих новелл, он может решить, что у него развязаны руки. И сделать попытку вытворить с девушкой что-то непоправимое.

7

Подумать только, она всё ещё верила в то, что это всё может быть просто случайностью. Что сейчас тёмная фигура посторонится, отодвинется в сторону, из-под капюшона появится чужое лицо (оно просто обязано быть абсолютно не страшным и самым обычным на свете). Что ей скажут что-то в духе "чего уставилась, дай покурить спокойно", потому что, ну, что ещё делать в таком тупике, как не курить? Может быть, даже отпихнут или обзовут как-то, но ничего больше. Ведь не может же быть, чтобы...

Но, когда наступил момент для того, чтобы начать обходить фигуру по широкой дуге, раздался голос, который из-за шума дождя стал ещё более пугающим, чем он был изначально. Возможно, ей так казалось. Возможно. Ну возможно же!

Нет, не возможно. Надежды разрушились так ощутимо, что Сана почти почувствовала, как на плечи ей взваливается непомерный груз. И остановилась, оцепенев, как кролик перед удавом.

Ей бы сейчас отбросить бесполезный зонтик, рвануться вперёд, к выходу из переулка, прочь, прочь, как можно дальше, чтобы вылететь на оживлённую улицу, и, вопреки этикету, закричать, умоляя о помощи. Но Сана не могла, потому что мешали одеревеневшие ноги, даже пальцы на руках отказывались разжиматься. Только смотрела она куда-то в сторону, верная привычке.

Но вот боялась совершенно по-настоящему.

Сана сжала зубы так, что в дёснах что-то заболело, ещё чуть-чуть, казалось, и они растрескаются в мелкое крошево. Вопрос "что делать?" бился в её голове сильнее, чем ухало в груди растревоженное сердце.

Она, кажется, что-то промычала, действительно отбросив (нет, выронив) зонтик, и рванула с места, пытаясь обежать "я-тебя-не-обижу" по дуге, только менее широкой.

Точнее, попыталась.

На беговой дорожке уделывать других легко, на то она и беговая дорожка. Когда ты стоишь обеими ногами в луже грязи, которая скользкая сама по себе, когда ты боишься, и страх заполняет всю тебя — вот тогда совсем нелегко.

Подошва заскользила по грязи, теряя сцепление, Сана пошатнулась, пытаясь удержать равновесие, и острая боль в суставе от неудачного движения наглядно доказала ей, что сегодня она уже никуда не сбежит. Что она и без того недавно потянула ногу, а сейчас растяжение только усугубилось. Что старая травма всплыла в самый неподходящий момент.

Она устояла на ногах, попыталась, морщась от боли, хотя бы дохромать до выхода из тупика, уже не понимая, что так её схватить может даже пятилетний ребёнок. Но это было совсем неважно, потому что Сана уже не осознавала ничего, просто рвалась уйти. Хоть куда-нибудь.

8

Он думал, что у девушки, нагло игнорирующей такие сообщения и якобы не переживающей по этому поводу, должен быть какой-то внутренний, душевный стержень. Но когда мистер R. встретился с ней лицом к лицу, когда увидел её реакцию на свои слова, то понял, что она такая же обычная девчонка, как и все.
Тацута застыла буквально в нескольких сантиметрах от него. Сталкер был способен протянуть руку и схватить её. Как же она была близко! Но вовремя выйдя из оцепенения, жертва сорвалась и бросилась вперед. Ткань её одежды вскользь коснулась руки мистера R., а тому осталось лишь смотреть вслед удаляющейся фигуре.
Он хотел побежать за ней, честно. Но видя, как девушка поскальзывается и чуть ли не падает посреди переулка, парень решил попридержать свой пыл. Он спокойным шагом отправился следом за ней, ведь её в любом случае следовало догнать.
- Ну куда же ты, - крикнул сталкер слегка поддатым голосом, - Мы же только начали, Тацута-тян!
Становясь все ближе и ближе, к явно хромающей на одну ногу Сане, парень быстро пытался сообразить, как бы ему развернуть ситуацию так, чтобы любой, кто увидит их вместе, не заподозрил ничего подозрительного и не вызвал полицию.
- Ну ты че, обиделась? – продолжил он с той же интонацией, - Эй, ну вернись, ну пожалуйста.
Когда парень нагнал Тацуту, а произошло это довольно скоро, он сделал вид, что пытается ей помочь. Со стороны это должно было выглядеть, словно парень с девушкой, которые поссорились, она на эмоциях убежала и подвернула в процессе ногу, а он догнал и обнял её, давая опереться на себя, таким образом снять нагрузку на поврежденную конечность. Но, конечно, то была лишь видимость.
Приобняв Сану, прижавшись в ней мокрой толстовкой, парень незаметно раскрыл нож, и подставил лезвие к боку Тацуты. Его лицо было совсем близко, она могла слышать дыхание через марлевую повязку, чувствовать запах дешевых сигарет и такого же недорогого алкоголя.
- Если ты закричишь или ещё как-то попытаешься позвать на помощь, я выпотрошу тебя, а  потом выебу твой труп и брошу его гнить в какой-нибудь канаве, - прошептал он ей на самое ухо.
Они постепенно разворачивались обратно. Словив несколько недоверчивых взглядов от случайных прохожих с улицы, мистер R. лишь кивнул им, кинув что-то вроде «с ней все будет в порядке, извините».
- Веди себя хорошо, и ты останешься в живых, - это было то, что услышала сама Тацута, опять же на ухо и чуть слышным шепотом.
Они вернулись туда, откуда и пришли, и даже чуть дальше, до самого конца переулка. Парень все ещё держал свое оружие у бока девушки.
- А теперь раздевайся, - произнес он, - Полностью. И чтоб не звука.

Отредактировано Kobayashi Hideo (2018-03-05 12:25:11)

9

Может быть потом, когда Сана будет вспоминать, уже успокоившись и перебирая события в памяти, она поймёт, почему она впала в такой панический ужас, хотя, казалось бы, могла сбежать. И правда, почему? Хладнокровие бы здесь пригодилось куда больше. Ведь неделю назад она сама пошла на хулиганьё, которых было на два больше, чем здесь, хотя последствия могли бы быть хуже.

Ответ был прост и одновременно сложен.

Кайо дала ей возможность получить силу, но не объяснила, что её можно применять в личных целях. Да и вряд ли бы Сана стала, даже зная, что это возможно, первые же вылазки в иной мир убедили её в собственной опасности и обречённости на одиночество. В итоге ей оставалось то же, что и всегда: терпеть, а вылазки воспринимать как надежду стать лучше и полезней. Кайо, наверно, рассчитывала на другой результат, но вышло как вышло. Сана снова терпела.

Так уж сложилось, что за последние дни она видела и тех, кто пытался заинтересоваться ей. Помочь и протянуть руку. Люди, которых она воспринимала как безликую и безразличную массу, при ближайшем рассмотрении оказались куда лучше. А, когда делишь мир не только на чёрное и белое, запутаться гораздо легче.

Она поверила, что всё будет хорошо, и поплатилась за это.

Её отрезвил только близкий контакт. Её обнимали так, будто они были друзьями, хотя, конечно, она и с друзьями так не обнималась. Или, может быть, прийти в себя ей помог нож, который больно кольнул через одежду? В любом случае, Сана замерла на месте, и, казалось, успокоилась снова. Словно ей опять стало резко всё равно. Запах алкогольного и сигаретного перегара вызывал ещё больше отвращения, чем раньше, но Сана уже закаменела и ушла в себя. Она даже не кричала, не замечая то, что люди всё-таки были. И что она могла попробовать позвать на помощь.

Всё было очень серьёзно. И она совсем ничего с этим сделать не могла. Сана уже проиграла — заранее.

Веди себя хорошо, и ты останешься в живых. А теперь — раздевайся.

Сана встала, как изваяние, как только её перестали подталкивать, чтобы она шла. Запоминала, почему-то, совсем ненужные фрагменты — шум дождя, запах сигарет и алкоголя, ногти на чужих руках, показавшиеся ей обгрызенными, тихие слова и колющую боль в боку, оставшуюся даже после того, как нож перестал давить. Она не раздевалась и не спорила.

Она не делала ничего.

10

Но она встала перед ним, словно статуя, бездушный манекен из магазина, не способный двигать руками и ногами, не умеющий самостоятельно мыслить. Словно красивая кукла на полке, которую приходится самостоятельно переодевать, если ты хочешь каких-то изменений в её наряде. И это был большой соблазн. Если бы мистер R. действительно испытывал к этой девушке все то, о чем писал в своих сообщениях, он бы первым побежал помогать ей, расстегнуть пуговицы, избавиться от назойливой ткани, прикрывающей нежную, женскую кожу.
Но он был всего лишь псевдо-сталкером. Пустышкой, картонным призраком в карнавальном доме с привидениями,  основная функция которого напугать – и не более того. Все, что происходило сейчас, было непреднамеренным. Следствием ошибки, и, конечно же, ему не стоило усугублять положение, становясь ещё и насильником, верно?
- Эй, Тацута, - окликнул он девушку, - Ты слышала, что я сказал?
Мистер R. не собирался делать все за Сану. Какой смысл в запугивании, если жертва ушла глубоко в себя и не осознает, что с ней происходит?  Все, что мог позволить себе парень сейчас, это немного подтолкнуть розоволосую шлюшку к нужному краю. Он не стал вновь применять нож, который мог бы оставить на теле жертвы ненужные следы. Мистер R. просто толкнул её в сторону стены, сбивая Тацуту с ног.
- Это не кончится, если ты уйдешь в себя, детка, - произнес сталкер, - Тогда этот ужас будет длиться вечно, милая. Или ты разденешься, и мы закончим все быстро. А потом ты пойдешь домой.
Под маской он ухмылялся своим словам, но, конечно, этой ухмылки Сана увидеть не могла. Только почувствовать по интонации в голосе, что тоже вряд ли, учитывая состояние девушки. Но в словах пугающего незнакомца был весомый аргумент. Главное чтоб он только дошел до цели.
Ведь если она подложит стоять истуканом в темном переулке, дождливый вечер перерастет в ночь. А этот жуткий человек, устроивший с ней весь этот ужас, он ведь может  увести её туда, куда ему вздумается. Запереть её в маленькой комнатке, в которой дни и страдания будут длиться вечность. Где её никто не найдет. Где её никто не услышит.
Наверное, это страшнее, чем быть просто убитой и изнасилованной? Ужаснее, чем раздеться в темном закутке перед незнакомцем? Или мистер R. на свою беду начитался книжек, как какая-нибудь кисейная барышня, и на воображал себе всякого?
Он стоял и ждал её реакции. Ждал от Саны каких-то действий. В противном случае он не уйдет восвояси, а просто будет вынужден действовать сам. Ведь нож ещё при нем. Такой блестящий в тусклом свете фонарей.

11

Шум дождя сам собой вышел на передний план, а все остальные звуки долетали как будто издалека. Как если бы от реальности Сану теперь отделяла толща воды или глухая стена. Но это не мешало ей видеть, как шевелились под повязкой губы, произнося слова, как нервно подрагивали чужие пальцы, и как эти же пальцы взметнулись хлёстким ударом, сбивая её с ног. Удар был сильным, пусть ей в нынешнем состоянии хватило бы и хорошего щелчка, и он же ссадил ей губу рядом с уголком рта. Сана повалилась в грязь, даже не пытаясь подставить руки или извернуться так, чтобы не падать боком.

Поэтому она упала боком, перемазавшись в слякоти, больно прикусив щёку, врезавшись в землю плечом и, кажется, ещё и содрала ладонь. Кажется — потому что Сана почти утратила возможность ощущать и анализировать. Потому что сознание сопротивлялось и пыталось уберечь свою хозяйку от полной катастрофы.

Хотя нож она видела до сих пор.

Это не кончится. Нож всё ещё поблёскивает, а пальцы на рукояти шевелятся, как лапки паука. Или чего-то ещё более гадкого, что обычно представляется в темноте, когда насмотришься ужасов и пытаешься уснуть в своей комнате, ловя любые звуки, которые напомнят тебе о реальности. Это действительно не кончится, потому что забыть такое так просто не получится. Если она выживет, на это уйдёт куда больше года.

Ужас будет длиться вечно. Сана, пытающаяся подняться просто потому, что инстинкт самосохранения протестует против лежания в холодной грязи, не спорит с этим, хотя, скорее, потому что не может, а не потому, что не считает нужным. Зато вспоминает, что вечность всё равно сведётся к одному году, если ей сказала правду ту, кого она убила. И сейчас, пожалуй, она согласна на год. Только чтоб это не длилось по-настоящему вечно.

Или же. Сана с трудом садится — прямо в чёртову грязь, потому что грязнее ей уже не стать. Даже волосы с одного бока слиплись в грязно-серый ком, только слегка просвечивающий розовым. Условие такое, что хочется лечь обратно в грязь и уснуть навсегда, а внутренности сворачиваются в непонятный ком.

И ты пойдёшь домой. Честное слово, если это правда, то условие, поставленное перед этим, её почти не волнует. Она всё ещё хочет лечь в грязь и умереть, но разум всё равно пытается ухватиться за эту соломинку. Неважно, что это, скорее всего, ложь.

Нужно же хоть во что-то верить.

Наверно, прошла целая вечность, прежде чем пальцы сами собой потянулись к застёжке на кофте, расстягивая её. А смотрела Сана уже не на нож, а куда-то перед собой, окончательно сдавшись.

Никто не пришёл ей помочь. Совсем никто. И за это Сана была готова проклясть этот мир — зачем тогда год начался так хорошо, пробуждая веру в лучшее?

Когда она скинула кофту в грязь, оставшись в блузке— только сегодня взятой из постиранных вещей, обычно ей не было дела до дурацких блузок — в голову дурацкая мысль. Что было бы лучше думать о том, что она просто переодевается в любимом гараже. Что самое страшное, что с ней может случиться — её застанут друзья. Друг. И что от этого не случится ничего катастрофического.

Возможно, это бы ей помогло, если бы шум дождя всё ещё не стоял в ушах, отвлекая от реальности, но никуда не отпуская из тягучего ужаса, сковавшего всё тело. Семь пуговиц на блузке, которые она сама застёгивала сегодня перед выходом, оказались почти непреодолимой преградой. Потому что пальцы то ли онемели, то ли замёрзли до полного окоченения.

Расстёгнутая блузка повисла на плечах, а Сана бессильно опустила руки. Для неё это был предел послушания — что-то вроде последнего барьера. Надежды на то, что от неё требовалось именно это.

12

Он думал, что ударил недостаточно сильно, но раз девушка не удержалась на ногах, повалившись в грязь, парень явно не рассчитал своей силы. Он не стал помогать ей, а просто стоял и наблюдал, смотрел сверху вниз на то, как Сана барахтается в луже, пытаясь принять хоть отчасти вертикальное положение. То выглядело жалко и забавно. Обидно, конечно, что девушка запачкала свои волосы симпатичного, розового цвета. Ну, ничего. Дождь смоет и это.
Сев в луже под его ногами, Тацута принялась наконец-то расстегивать кофту. Кажется, её пальцы совсем окоченели, со стороны выглядело это так, будто пуговицы на свитере, а потом и на блузке весили целую тонну. Но мистер R. понимал, что редкая девушка шустро и с радостным визгом начнет раздеваться перед незнакомцем, тем более, если ей за это не заплатили.
- Давай, шевелись, или ты реально решила тут вечность торчать? – только и кинул сталкер.
Он хотел её подогнать, но Сана внезапно вновь остановилась. Парень видел, как безвольно повисли её руки и опустились плечи, с которых съехала блузка, открывая миру верхнюю часть женского белья. Неужели это был максимум для неё?
Мистер R. без стеснения уставился на грудь Саны, пока ещё прикрытую бюстгальтером. Этот видок никуда не годился, и что-то внутри парня явно требовало продолжение стриптиза. Но девушка остановилась, а его, если честно, уже начинали раздражать эти её тормоза.
Он наклонился к ней и подставил лезвие ножа к одной из лямок. Подцепил остриём и натянул, пока узкая тряпочка, держащая лифчик на месте, не лопнула, превратившись в две полоски ткани, вместо одной. Потом блестящее лезвие ножа потянулось ко второй лямке, проделав с ней ту же кощунственную операцию.
- Я могу порезать всю твою одежду, если ты так хочешь, - произнес парень, - И домой ты пойдешь с голой задницей.
Это явно была не пустая угроза. Мистер R. понимал, что они уже довольно долго ошиваются в этом переулке, и в любой момент может появиться случайный прохожий, которому очень сложно будет объяснить происходящее. Парень торопился, поэтому был готов пойти на крайние меры.
- И завяжи волосы, - скомандовал он.
Сталкер взял Сану за руку и вложил в её ладонь резинку, которую до этого выудил из промокшего кармана толстовки. Он собирался подложить этот предмет вместе с запиской по той простой причине, что это была резинка Тацуты. Та самая, которую девушка потеряла где-то в школе пару дней назад.
Он отпустил её руку и вновь принял вертикальное положение, ожидая дальнейших действий Саны. Дождь потихоньку сбавлял темп, но какая теперь была разница? Парень чувствовал, что уже промок насквозь. И текст на записке, которую он держал в кармане, явно давно поплыл и перестал быть читаемым.

13

Напрасно она надеялась, что всё закончится на последней, седьмой пуговице, хотя семь расстёгнутых пуговиц почти уравнялись в её сознании с подвигом карпа, перепрыгнувшего несколько озёр. Ничего не закончилось. Кажется, она только больше разозлила сталкера, хотя едва ли пыталась. Странно, но она никогда не пыталась злить никого своим терпением, просто отгораживалась от людей, не думая, как это влияет на них.

Сана просто хотела домой. Просто хотела домой, только домой и никуда больше, чтобы спрятаться под одеялом и не выходить оттуда на ближайшую сотню лет. Наверно, дочь-хиккикомори лучше, чем дочь-гяру. Первую можно задвинуть подальше и сделать вид, что её не существует.

Она правда не собиралась торчать тут вечность. Правда-правда.

Правда так же в том, что язык отказывался ворочаться, чтобы уверить в этом своего мучителя.

Впрочем, она уже была готова смириться с тем, что её убьют прямо здесь, она не попадёт домой и ничего уже не будет — совсем немного, но была готова умереть. Поэтому не дёрнулась, когда нож оказался совсем рядом — ей показалось, что сейчас её глотку перережут, и минутный страх перед смертью сменился радостью от того, что тогда ей больше не придётся это терпеть. Честное слово, она даже была готова об этом попросить.

Но только на секунду.

Вместо этого лезвие болезненным движением скользнуло по её коже, срезая полоски ткани. Нет, это тоже была помощь, потому что Сана вряд ли бы справилась одеревеневшими руками с застёжкой, о которой слагаются анекдоты и городские легенды, но это была не та помощь, на которую Сана рассчитывала. И всё же, без этой помощи дело бы обстояло ещё хуже. Нож даже не разрезал её кожу, хотя, наверно, это заслуга плохой заточки.

Возможно, ей нужно перепрыгнуть ещё несколько озёр, эти семь были только началом.

Возможно, легенда про карпа лжёт.

Сана нервным движением потянула ткань ниже, насколько хватило запаса злосчастной застёжки, чувствуя, как покрываются гусиной кожей грудь и руки, потому что сидеть в таком холоде и влажности совсем не полезно для здоровья (если ей вообще имеет смысл волноваться о здоровье). Ей казалось, что где-то внутри она превратилась в поломанный механизм, который действует, двигается, но пошёл вразброд, выдавая совсем не те результаты, которые от него ждут, и двигаясь в нужном направлении просто по инерции.

Кажется, она покачала головой, отвечая на риторический вопрос о её желании оказаться с порезанной одеждой. Кажется, потому что Сана дёрнулась больше от очередного обещания пойти домой, и потянула остатки бюстгалтера так, что они сползли куда-то под рёбра. Отвращение к самой себе, пожалуй, было сильнее всех прочих чувств теперь.

Дрожащими от смеси холода и страха пальцами Сана ощупала резинку, вложенную в её ладонь и больше вспомнила, чем увидела, что это её вещь, что она потеряла её недавно, что...

Дальнейшие "что" относились лишь к подтверждению того, что за ней и правда следили. На них она уже не зацикливалась, приняв, как очевидную истину, и, вместо этого, почти автоматически завязала волосы привычным движением. Хвост получился растрёпанным, мокрым и куцым, часть прядей так и прилипала к шее и плечам, но, по крайней мере, она попыталась.

Большего от неё можно было не ждать.

14

Заставлять эту девчонку раздеваться самостоятельно, было подобно поднятию многотонного шара на крутой склон. Чтобы она сделала хоть что-то сама, приходилось прилагать так много усилий, что результат почти не стоил того.
После небольшого прогресса, в котором девушка спустила ниже лифчик и завязала волосы, Сана вновь скатилась до состояния статуи в саду. Именно тогда мистер R. решил, что с него хватит. И продолжать эту тягомотину и дальше он не собирается.
Парень вновь наклонился к Тацуте и больно схватил её за руку, поднимая девушку с земли. Когда она оказалась на ногах, он сдернул с неё юбку, оставив Сану в пресловутых панцу. С последними он расправился так же, как с бюстгалтером, срезав ткань по бокам.
Теперь Сана ничего от него не прятала. Продуваемая редким ветром, заглядывающим в этот переулок. Осыпаемая уже довольно слабой капелью дождя, девушка предстала перед ним в своей первозданной красоте.
Он много что мог и, возможно, хотел сделать с ней, пока она пребывает в подобном виде, но, собравшись с мыслями, мистер R. неустанно напоминал себе, зачем он делает это все на самом деле.
- Посмотри на меня, - приказал он, - Посмотри и улыбнись!
Может это и звучало абсурдно, улыбнуться своему мучителю, который только что лишил тебя последней надежды на то, что все кончится малой жертвой. Но, возможно, выполни девушка этот приказ, она могла бы уберечь себя от очередного удара.
И пока Тацута решалась, сталкер выудил ещё кое-что из своего кармана. Это была камера. Какой-то крайне дешевый фотоаппарат, который, наверное, фотографировал даже хуже современных мобильников. Агрегат включился не с первого раза, так что мистеру R.  пришлось немного поколдовать над ним. После чего техника ожила, и парень направил камеру на обнаженную девушку.
- Я сделаю несколько фото и отпущу тебя, - пояснил он Сане, - Хотя не знаю, как ты в таком виде куда-то пойдешь.
Сталкер усмехнулся, смотря на девушку сквозь призму фотоаппарата. Что-то вспыхнуло на секунду в сумрачном переулке – это парень сделал первый снимок.
- Но ты сама в этом виновата, - произнес мистер R.

15

Пасмурный день понедельника. Начало рабочей недели, отвратная погода, дерьмовое настроение, крупная ссора с матерью и еще с десяток мелких проблем. Неделя не задалась с самого начала. Утро сменилось днем, а день – вечером. Кисараги возвращался с подработки, лениво прикрываясь небольшим зонтом от капель дождя. Ветровка и школьные брюки уже слегка намокли, но ничего серьезного в этом не было.

«Ну хоть в кафе мозги мне не полоскали, спасибо и на этом...» Нибори вздохнул, двигаясь дальше по серым улицам небольшого городка. К себе домой, где он сможет вскоре засесть за приставку или залипнуть в блокнот Агаты, раздумывая над способностями Персоны. Неплохой способ сбросить напряжение и пошевелить извилинами. Других вариантов все равно не оставалось, верно? С друзьями у него был большой напряг.

Задумавшись над вечерним досугом, юноша случайно столкнулся с проходящим мимо прохожим. Несильно, всего лишь краем плеча. Мужчина извинился за невнимательность, Кисараги не остался в стороне и также попросил прощения за свою оплошность. Действительно, не стояло так сильно углубляться в себя посередине улицы, пусть здесь почти никто и не ходил. Отбросив лишние мысли в сторону, он уверенным шагом продолжил идти вперед, время от времени поворачивая в небольшие проулки чтобы срезать путь до дома.

Так продолжалось до тех пор, пока его не привлекла небольшая вспышка света в одном из тупиков, который он хотел было пройти. Из праздного любопытства, Кисараги решил туда заглянуть. Еще бы, интересно было глянуть на человека или людей, которые решили фотографироваться в такую пасмурную и дождливую погоду. Какого же было его удивление, когда он увидел парня, одетого в ветровку с капюшоном и маской, сжимающего в руках старенькую фотокамеру, а перед ним... Стояла голая девушка. Полностью раздетая. Обнаженная, застывшая словно истукан, но при этом слегка дрожащая – не то от страха, не то от холода. Розовый цвет волос. Знакомый. Он его уже видел. Как и видел лицо девушки. Сана. Ее одежда лежала на полу, грязная и уже слегка намокшая.

Несколько отчетливых ударов сердца. Глаза блондина налились кровью в мгновение ока, зубы заскрежетали. Он не знал, что тут случилось или что произошло, но он отчетливо видел в своих глазах беспомощную девушку и насильника. Возможно, это было лишь его воображение. Но ему было плевать. В вспышке ярости Нибори резко засунул руку в поясную сумку, схватил первый попавшийся твердый учебник и со всей дури запустил тот в подозрительного парня в маске, целясь в голову... Но в итоге удар пришелся уголком в район плеча, выводя плохого парня из равновесия.

– Убрал от нее свои блядские руки! – Взревел "паладин", рванув в сторону неизвестного с одной единственной целью – избить его до такой кровавой каши, что его уже никто и никогда не опознает. Расстояние было небольшим, но у последнего были еще шансы уйти… Однако Кисараги не мог этого позволить.

Отредактировано Kisaragi Nibori (2018-03-22 19:41:03)

16

Где-то в этот момент напряжение достигло такого предела, что сознание отказывалось работать, находясь на тонкой грани между спасительным обмороком и осознанием ситуации. Сана не хотела осознавать происходящее, и, упаси Бог, запоминать хоть что-то из того, что с ней делали. Если бы она не была уверена, что, если она начнёт умолять отпустить её домой, она не окажется в ещё худшей ситуации, чем сейчас, и что это ей никак не поможет, она бы попросила. Вместо этого Сана молчала и проваливалась в полузабытье прямо тут, на глазах у собственного мучителя.

Шум дождя и чужой тихий голос. Как мало надо, чтобы впасть в подобие транса.

Поэтому она не почувствовала и не увидела, как нож снова прошёлся по её коже, подрезая ткань. Поэтому она не запомнила, как оказалась в переулке без белья, вдвойне беспомощная и грязная.

Очень грязная.

Всей воды мира не хватит, чтобы смыть эту грязь. Даже дождь не может тут ничем помочь, он только прибавляет грязи. Везде — вокруг и даже на ней самой.

Вот только холод, пробиравшийся теперь везде, заставлял её снова и снова возвращаться из полуобморока и осознавать, что всё ещё не закончилось. Приказ улыбнуться в такой ситуации казался издевательством — но Сана, казалось, попыталась. Хотя, общего у этого искривившегося рта было больше с судорогой, чем с улыбкой. И не совсем ясно, сделала ли она это по приказу, или просто потому, что попыталась смотреть на ситуацию с прежним насмешливым отрешением, которое всегда раздражало всех её мучителей, но в итоге не смогла даже этого?

Если бы кто-то её спросил, она бы сказала, что не знает.

Она понимала, что её фотографируют, но уже не пыталась закрыться больше, чем было — скорее, пыталась спрятаться от всепроникающего холода, съёживаясь, сдвигая колени, обнимая саму себя за плечи. Какая разница? Более мерзко от самой себя ей уже не станет. Даже если после этого она пойдёт домой, память никуда не денется. Шум дождя всё так же будет в ушах, а на коже останутся следы. Навсегда — плюньте в лицо тому, кто скажет, что это не так. Ей просто холодно, и такие вещи делает человек, которому холодно.

Сана не верила в то, что ей кто-то поможет. Поэтому, когда помощь — шум дождя в ушах был прорезан чьим-то криком — всё-таки пришла, ей показалось, что  это просто новый акт издевательств. Поэтому она съёжилась ещё больше, схватилась руками за голову и сгорбилась так, что почти ткнулась лбом в грязную лужу.

— Хватит. — вообще-то, она не была уверена, что её кто-то услышит, потому что голос её был больше похож на шелест.

Дальше должно было быть "быстрее закончи это", но Сана закашлялась, не разгибаясь, и снова задрожала.

17

Он успел сделать ещё один снимок, прежде чем что-то твердое прилетело ему по плечу и отвлекло от фотографирования беззащитной, обнаженной девушки. Мистер R пошатнулся, но не выпустил камеру из рук и не упал, а сделал лишь один небрежный шаг в сторону.
Учебник лежал на земле, в грязи, совсем рядом с голыми ногами Тацуты. Мистер R. бросил беглый взгляд сначала на него, потом на Сану, и, поняв, что девушка уж никак не могла провернуть подобную выходку, обернулся назад, как-то инстинктивно пряча камеру в обратно карман толстовки.
Где-то в этот момент он услышал незнакомый, мужской голос, который приказывал мистеру R. убрать от Тацуты его мерзкие клешни. Звучало забавно, с учетом того, что руками он девушку не трогал минут десять как. Но времени усмехнуться и ответить, не оказалось. Ведь прокричав ту самую фразу, незнакомец бросился в их сторону со всей возможной скоростью, словно пират, выпущенный из корабельной пушки.
Все, что успел сделать сталкер за то время, пока спаситель преодолевал расстояние до места их непосредственной встречи, это отскочить с траектории полета залетного супергероя и взять в руки нож. Парень прекрасно понимал, что заболтать в такой ситуации не удастся никого, и нужно сразу принять оборонительную позицию.
Драки – это было совсем не то, в чем мистер R любил участвовать. Обычно он старался ретироваться как можно дальше до того, как получит свой первый, возможно где-то даже  заслуженный удар. Но куда бежать в тупике, когда стены с трех сторон, а опасность с четвертой? Он мог бы забраться наверх, будь тут хоть какие-то выступы, да только вот судьба не предоставила ему этого пути к отступлению.
Поэтому он осторожно отползал к выходу, прям как Сана какое-то время назад, держась у стенки и выставив перед собой оружие. Мистер R не побоялся бы нанести удар, если бы того потребовала ситуация. Ведь на нем капюшон, очки и маска. Даже если он убьет этого внезапного робина гуда, никто не сможет доказать, что это было дело рук мистера R.


Вы здесь » velvet room » повседневность » 12/03/12 | the wrong way


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC